Как известно, признание тёщи Клавдии Ивановны Петуховой сподвигло заведующего столом регистрации смертей и браков в загсе города N Ипполита Матвеевича (Кису) Воробьянинова вспомнить, что он — «старгородский лев», и направиться в родной город, захватив в рамках необходимой конспирации полученный с таможни контрабандный товар, несмываемый ни холодной, ни горячей водой, ни мыльной пеной, ни керосином, дарящий хозяину радикальный черный цвет «Титаник». А там дворник «2-го дома социального обеспечения» делился воспоминаниями с Остапом-Сулейманом-Берта-Марией-Бендер-бей, а попросту — с Остапом Бендером, и добрым словом вспоминал, как полицмейстер его барину честь отдавал.

И очень даже вероятно, что Ильф и Петров местом действий для своих бессмертных литературных героев выбрал Старобельск, и там прозвучало от Кисы:
… честное слово, я подданный РСФСР. В конце концов, я могу показать паспорт.

А дальше сюжетная линия крутилась в разных городах и сёлах, связывая их между собой тягой главных героев к обогащению и приключениям.

Известно, что корреспонденты московской газеты «Гудок» Ильф и Петров в 1923 году приезжали в Донбасс в командировку и посещали Старобельск. Считается, что местные виды и встреченные там люди заставили «поселить» Кису именно здесь, где в ту пору на самом низовом уровне сталкивалась старая и новая жизнь — зачастую в таком же карикатурном ключе, как в романе.

Как выглядел в 20-е — в начале 30-х годов прошлого века Старобельск и его жители, показывают фотографии.

А в Харькове разрушили памятники героя «Двенадцати стульев». Невыносим свидомым качественный юмор и убийственная сатира. Да и как же им не бороться с «гигантом мысли, отцом русской демократии и особой, приближенной к императору.»

Они — «чужие на этом празднике жизни». Изволили крушить? Ну, тогда «не забывайте надувать щеки», пані та панове!

Яковенко Вячеслав («Керчь») и ваша Дана