Проблема – гораздо шире, чем отдельный журналист и отдельный поэт с его враньём:

…Девчонке лишь 16 лет [Невесте графа де Ла Феp всего 16 лет].
С гранатами под танк легла. [И платье с плеч ползет само, а на плече горит клеймо].

О ней надо говорить. Не мы одни столкнулись с плеядой деятелей, беспардонно, без достоверных фактов приписавших подвиги реальных бойцов 16-летнему рэперу и представивших скользкого завиральщика фейк-героем, равнsv «Молодой гвардии». Не мы одни понимаем, что участники фейкодельни поддерживают друг друга, забивая информационное поле подлогами и оттесняя тех, о ком следует писать и рассказывать. Не мы одни слышим пренебрежительно- высокомерные фразы со стороны инфо-деятелей: «Я этих ополченцев не знаю, значит, вас и не было».

Наша борьба за правду направлена только на один эпизод героической защиты Донбасса — 3-хдневного удержания Лисичанска в кольце укро-нацистов бойцами «Восток-13», «Сибири» и «Лешего» и ликвидации укро-офицеров с высокими званиями (включая генерала Радиевского). А сколько ещё фейков, аналогичных сочинениям о несуществовавшей «Юной самообороне Лисичанска», булькают болотными пузырями в трясине литературных и журналистских подделок?

Люди, воевавшие, терявшие товарищей, видят, как их жизнь, их подвиги превращаются в дешёвый трёп стихотрёпов. Не у всех есть возможность отстаивать правду, сталкиваясь с подлостью отдельных представителей литературно-журналистского тыла. Не все могут найти возможность, чтобы публично сказать в наглую физиономию лжеца о том, что он – лжец.

Ложь копится, гипертрофируется, заслоняя собой реальные события и реальных героев, превращая в информационном поле великие дела в глухой фон и выдвигая картонных пупсов типа Воскоенко.

Есть ли действенные механизмы борьбы за историческую правду? Что могут сделать простые бойцы, воюющие на передовой, против искажения той истории, частью которой они являются?

Это серьёзнейшие вопросы, которые определяют траекторию развития общества. Ведь неслучайно Президент России Владимир Путин говорит об исторической правде и называет её «иммунной системой государства». Расследуются события периода Великой Отечественной Войны, выносятся судебные решения против нацистов, прекрасно работает, объединяя регионы, Национальный центр исторической памяти при Президенте Российской Федерации.

Но что делать с историей, приближенной к современности? Стихотрёп Андрюхин, писавший про определённое время и место, защищая свою глянцевую псевдопатриотическую статейку, окатывает презрением и ненавистью воевавших там и не знает фактов (названий подразделений ополченцев, воевавших в Лисичанске в то время, о котором он пишет). Малькевич, сидевший в студии федерального канала под фотографией живой девушки, представляемой погибшей, тычет ополченцам, что они плохо распределили свои усилия – воевали, а надо было по студиям ходить с рассказами о событиях 2014 года.

То, что сами фейкоделы и стихотрёпы обязаны проверять достоверность написанного, уходит на второй план. Это как будто – мелочь. И ползёт ложь, растекается, заполняет умы – прямо на глазах тех, кто лично участвовал в событиях и знает, что фейкоделы лгут.

К сожалению, действующих механизмов борьбы с исторической ложью нет. Только невероятной затратой сил и времени добиваемся устранения фейка в одном месте, он выплывает в другом. Нет ответа.

Правда воевавших затаптывается ложью на правде скакавших. Но мы не остановимся.

фейкомёт #осквернителиПамяти