Пока культурологиня майдана Е. Бильченко конвульсивно множит посты, которых уже достаточно не только для административных дел против неё, но и для возбуждения уголовных производств по дискредитации находящегося на передовой, воюющего российского офицера, спокойно поговорим на тему «Чому Більченко – не професор».

Для получения звания в России требуется выполнение претендентом на него целого ряда условий (вероятно, как и на Украине). Одно из них — подготовка к успешной защите 3-х кандидатов или докторов наук. А с этим у киевской мегаломанки – облом.

Что же у неё имеется в анамнезе? Неоднократное признание в грубейшем нарушении научной этики и написании чужих диссертаций. После такого приличный вуз, отказавшись от бюрократических галочек и вспомнив о репутации, ставит вопрос о соответствии такого деятеля своей должности. Кроме того, аффилированным с РХГА господам с одинаковой фамилией «Богатырёвы» (в женском и мужском вариантах) следовало бы критически оценивать, что происходит, если связать себя соавторством с существом, у которого патологический эгоцентризм всегда превалировал над моралью.

Есть (была?) у крайне общительной киевской засланки подруга (если вообще у этой персоны могут быть истинные, а не сиюминутные друзья и подруги). Называть её по имени не станем, обозначая условно – «С.». Наша молчаливость обусловлена тем, что человек проявил терпение и упорство, вопреки взаимодействию с псевдо-укро-профессоркой Е. Бильченко всё же прошёл через тернии аттестации научных кадров весь длинный путь, вынужден был дважды окончить аспирантуру, а потом на год прикрепляться для написания работы, наконец, защитил кандидатскую диссертацию в диссертационном совете, имеющем право самостоятельного присуждения учёных степеней, и на днях получил вожделенный диплом. С этим новоиспечённого кандидата наук и поздравляем.

В 2021 году, упиваясь самовосхвалением, «бандеровский калачик» Е. Бильченко сообщала, чтопишет кандидатскую диссертацию для С. При этом киевская педагогиня не являлась её руководителем. Она, не дожидаясь объективной оценки со стороны научного сообщества, восхищалась собой, вопила, что в диссертации есть «объект, предмет, теория, новизна, проблема, гипотеза, изложение и прикладной кейс».

Е. Бильченко публично натягивала на голову несчастному молодому соискателю длинную и кудрявую лапшу:

Ты защитишься. Голову даю на 100%.

Но по итогу голову не дала. Наступило время представить диссертацию на предварительную экспертизу в организацию, где она выполнена, и тут случился провал. Он бы не был таким феерическим, если бы писавшая эту диссертацию Е. Бильченко не анонсировала её высоким научным достижением. Но голос разума в майданной кастрюле, как обычно, молчал.

С. получила разгромное заключение. В нём отмечены и положительные моменты – «значительный фактический материал, осведомленность в научных источниках». Однако представлен всё «только на уровне перечисления», без должного анализа. Вот и мы не видим у Е. Бильченко, для которой слова – просто ветер, способности к анализу.

Оценка диссертации учёными однозначна: она «не может быть оценена положительно как исследовательская работа, имеющая научное значение», »не отличается идейно-содержательной и методологической завершенностью», «положения формулируются нечетко». Е. Бильченко, утверждающая, что с русским языком она на «ты», умудрилась добиться такой оценки: работа «содержит высказывания, которые явно противоречат нормам языка».

Откуда взялись в работе Лакан, «Другой», «заполнение трещин и вакуумов ы историях идентичности»? Как появилась «терминологическая перегруженность текста», причем такая, что создавала впечатление непонимания автором смысла своих же высказываний. У кого, как не у Е. Бильченко, все тексты отягощены свинцовыми гирями лишней терминологии, призванной подменить истинную научность ложным впечатлением учёности?

Закономерен вывод: «диссертация …не отличается достаточным научно-профессиональным и методологическим уровнем и не соответствует паспорту специальности».

Но есть ещё одна составляющая провала:

Следует обратить внимание и на список публикаций: все они с одним и тем же соавтором, что не может не вызвать вопросов.

Наверняка вы догадались, кто этот соавтор. А если не догадались, то легко уточнить на elibrary.ru – Е. Бильченко.

По факту, привыкшая к кривым путям в науке киевская докторица не помогла, а ради личных интересов грубо подставила соискателя. Но что она ответила тогда на справедливые замечания о том, зачем гадила человеку?

Тупо врала, говоря, что такие замечания – в порядке вещей (это после заявлений о 100% защите). На предварительной экспертизе диссертации действительно могут быть отдельные небольшие замечания. Пока автор не разместил текст диссертации на сайте организации перед подачей документов в диссовет, он может внести в неё незначительные правки. Но суть работы, её тема не должны кардинально меняться. Иначе требуется повторная экспертиза.

Трепло Е. Бильченко не знает, что положительное заключение по диссертации от организации, где она выполнена, является ОБЯЗАТЕЛЬНЫМ требованием согласно п. 18 «Положения о присуждении учёных степеней» № 842 ОТ 24.09.2013. Поэтому не «народ не рубится», а Е. Бильченко при всех своих степенях – либо лгунья, бессовестно подставившая человека под оценку его труда недиссертабельным, либо полная невежда в вопросах защиты диссертаций.

В таком случае появляются два вопроса:
1. Как она сама защищалась?
2. Как такую особу, у которой на лбу написано, какого на самом деле свойства она «учёный», не только взяли [https://vk.com/rhgaru|в российский вуз], но и пропихнули в диссовет, чтобы та со своими сомнительными компетенциями, оценивала там другие работы?